Браконьеры подрывают устойчивость Мирового океана, наносят ущерб источникам средств к существованию жителей прибрежных районов и беднейших стран мира, разрушают глобальные рынки морепродуктов. Чем плох незаконный промысел для экологии моря? – его ведут с использованием разрушительных орудий лова – донных тралов, загребающих не только рыбу, но и все живое, обитающее на дне и в толще. Экосистемы разрушаются, рыбные запасы истощаются, особенно если вылов проводится в прибрежных нерестилищах, жизненно важных для рыбаков-любителей и будущих популяций рыб. К такому выводу пришли исследователи из University of British Columbia (Канада). Все это происходит, несмотря на конвенции, вводимые системы мониторинга судов и контроль в портах. Почему?
Нелегальный промысел не прекращается, потому что остается прибыльным: риски малы по сравнению с выгодой.
ДокторPhilippe Le Billon из University of British Columbia оценивает ситуацию, в которой оказался Мировой океан, объективно: «Незаконный рыбный промысел — это не маргинальное явление, а системная особенность мировой экономики морепродуктов, обусловленная слабым государственным управлением, вредными субсидиями, непрозрачными корпоративными структурами и сложными международными цепочками поставок».
Неравенство растет
По данным исследователей на браконьерство приходится от 8% до 15% мирового вылова диких морских видов, что обеспечивает оборот на сумму от 6,2 млрд до 12,2 млрд долларов в год.
Примерно 2/3 нелегального оборота приходится на Западную Африку (27%), Восточную (24%) и Юго-Восточную (16%) Азию – развивающиеся экономики. Здесь рыболовство – ключевая отрасль хозяйства этих беднейших стран, а возможности контроля за деятельностью браконьеров мирового масштаба ограничены.
Между тем, потребление наибольших объемов незаконного вылова происходит на рынках Северной Америки, Европы и Восточной Азии. В 2007 г. 1,5 млрд долларов из 23,5 млрд, инвестированных в импорт морепродуктов в ЕС, были связаны с незаконным промыслом. В 2019 г. импорт морепродуктов в США составил 32 млрд долларов, из которых 2,4 млрд – оплата морепродуктов из незаконных источников.
Тем временем, популярность морепродуктов на рынках растет. В 2022 году мировое производство такой продукции достигло рекордного уровня в 185 млн метрических тонн на сумму 452 млрд долларов. И это вдохновляет браконьеров.
Мировой вылов морепродуктов. Красным – объем незаконного вылова, бежевым – объем незаконной торговли, зеленым – доходы от нее.
В период с 2000 по 2003 год объем незаконного рыбного промысла оценивался в 11–26 млн тонн в год или 13–31% от общего мирового морского улова. Незаконная торговля морепродуктами в 2005 - 2014 гг. составляла 7,7-14 млн тонн в год (это 8,9-17,2 млрд долларов). Ситуация в 2015-2019 гг. такова: 8,4-15,4 млн тонн в год, а стоимость - 6,2-12,2 млрд долларов.
Механизмы нелегального бизнеса разнообразны: перевалка в море, поддельные документы, фальсификация маркировки выловленных видов, перемешивание легального и нелегального улова. Благодаря этим ухищрениям браконьерские уловы «отмываются» и попадают на предприятия по переработке и в магазины.
Основные участники незаконного промысла – крупные рыболовецкие флотилии, получающие экономическую поддержку от своих государств в виде субсидий на топливо и приобретение судов. 3 из 10 крупнейших компаний, ведущих промысел в открытом море, входят в число 20 крупнейших компаний с наибольшим числом правонарушений. Их процветанию способствуют слабый портовый контроль, отказ выполнять международные соглашения в полной мере и недостаточная прозрачность в отношении владельцев судов. Часто суда ходят под флагами стран, не присоединившихся к той или иной конвенции, с которыми удобно нарушать правила международного рыболовства и охраны морских ресурсов. Нередко для обхода санкций и сокрытия бенефициаров рыболовецкие компании используют сложные схемы транспортировки. Суда часто перерегистрируют или вовсе бросают в море, перегрузив на плаву улов на другой борт, чтобы скрыть его происхождение.
Вероятность того, что нарушитель заплатит штраф за незаконный промысел, зачастую крайне мала, поскольку она зависит от возможностей задержания, обнаружения и успешного судебного преследования. Исследования 2006 г. показали, что при уровне выявления нарушений в 20% размер штрафов должен быть увеличен в 24 раза, чтобы незаконный промысел стал нерентабельным или убыточным. Если же выявление нарушений оценивать реалистично – 5-10%, то штрафы должны быть увеличены в 74–173 раза. В противном случае браконьеры платят штрафы как «операционные издержки» и продолжают вести незаконный промысел. Бенефициары при этом «выходят сухими из воды», поскольку схемы владения запутаны, а флаг можно поменять, как и название судна.
Наша борьба с ними
Спутники, ИИ, электронные системы мониторинга, данные об электромагнитных полях для тех судов, что намеренно отключают свои локационные сигналы, в последние годы улучшили выявление подозрительной рыболовной деятельности. А наличие мобильных телефонов позволяет местным рыбакам чаще сообщать о браконьерах властям и СМИ. Но правоприменительная практика остается разрозненной, наказания - слишком мягкими, а политическая воля проявляется неоднозначно, когда дело касается влиятельных корпораций или геополитики. Хотя и тут есть позитив: Австралия, Индонезия и Палау конфискуют или уничтожают суда, уличенные в незаконном промысле в их исключительных экономических зонах. Ряд стран ужесточил ограничения доступа к портам и рынкам, введя системы отслеживания движения товара. Соглашение ВТО о субсидиях в сфере рыболовства, принятое в 2022 году, могло бы сократить поддержку судов, ведущих незаконный промысел. И есть случаи, когда розничные сети и потребители требуют большей прозрачности в цепочках поставок морепродуктов. Но этого мало.
Philippe Le Billon отмечает, что браконьерство наносит ущерб не только морской флоре и фауне, но и бьет по экономикам бедных стран и правам незащищенных категорий населения стран мира: «Это приводит к значительным экономическим потерям для правительств и прибрежных сообществ, усилению продовольственной незащищенности и широко распространенным злоупотреблениям в сфере труда на рыболовных судах. По оценкам, десятки тысяч членов экипажей во всем мире сталкиваются с высоким риском принудительного труда или небезопасных условий работы, особенно на судах, эксплуатируемых вдали от надзора».
Изменение климата может усиливать браконьерство на водах: ведь рыбные запасы деградируют и перераспределяются в пространстве в поисках новых мест обитания. Это неизбежно ставит под удар продовольственную безопасность беднейших стран, расположенных у моря, и мелких рыболовецких хозяйств.
Как одолеть Спрута?
Доктор Rashid Sumaila изUniversityofBritishColumbiaвидит в борьбе с браконьерами не только задачу противодействия криминалу, но и политическую международную задачу: «Сокращение масштабов незаконного рыболовства — это не только поимка большего числа нарушителей, но и исправление систем, которые делают незаконную деятельность прибыльной, а легальное рыболовство - более сложным, особенно для тех, кто больше всего зависит от океана».
Какие меры нужны?
отказ от субсидий на топливо, строительство, модернизацию судов,
обязательная электронная идентификация судов,
госконтроль в портах,
прозрачная информация о бенефициарах,
активное международное сотрудничество,
защита малых рыболовецких компаний и промыслов коренных народов.