фото: www.iucn.org
Похоже, создания особо охраняемых территорий на суше и на море мало, чтобы сохранить исчезающие растения и животных. Возможно, так происходит потому, что режим охраны и защиты природы на этих объявленных защищаемыми территориях соблюдают неадекватно, возможно, изменения климата вносят свои коррективы в планы, возможно также, что экономические проблемы и войны не оставляют времени и средств на контроль за бережным отношением к природе. Но, возможно, у человека просто нет правильного понимания, как работают живые связи в дикой природе. А без этого сохранить ее не получится.
В Австралии, обладающей огромным разнообразием эндемичной флоры и фауны, а также ответственностью за ее сохранение для настоящих и будущих поколений, вопрос защиты природы в повестке занимает одно из ведущих мест. Исследователи из Monash University (Австралия) задались вопросом о том, какие еще меры, кроме создания особо охраняемых природных территорий (ООПТ), могут быть эффективными для достижения глобальной цели по сохранению биоразнообразия: защитить 30% территорий и акваторий планеты к 2030 году.
Наши темпы
Идея «30 к 30» была утверждена на конференции ООН по биоразнообразию в декабре 2022 года. Тогда стороны Конвенции о биологическом разнообразии приняли Куньминско-Монреальскую глобальную рамочную программу. Договорились обеспечить к 2030 году сохранение не менее 30% районов суши, внутренних вод, прибрежных и морских районов (особенно имеющих важное значение для биоразнообразия и экосистемных функций). Как? - За счет создания эффективно управляемых, репрезентативных, хорошо связанных систем охраняемых территорий и других природоохранных мер, признавая права коренных народов и местных общин.
В 2024 году Всемирный центр мониторинга охраны природы UNEP и Международный союз охраны природы выступили с докладом о достижениях в реализации Куньминско-Монреальской программы. Оказалось, в пределах ООПТ к этой дате находилось 17,6% суши и внутренних вод и 8,4% океана и прибрежных районов. Рост числа защищенных районов с 2020 г. составил всего 0,5 %.
Чтобы достичь поставленной цели «30 к 30» к охраняемым территориям должно быть отнесено 12,4% суши – а это площадь Бразилии плюс Австралии, и 21,6% моря – чуть больше площади Индийского океана.
Наибольшего прогресса удалось достичь в охране океана, особенно в национальных водах. А вот за их пределами под защитой всего 5%. Плюс к тому, ООПТ не всегда находятся в местах, которые больше всего нуждаются в сохранении. А из тех, что действительно важны для защиты биоразнообразия, охранный режим имеют лишь 20%. И примерно 30% важных территорий – за пределами охраняемого статуса.
К тому времени оставалось всего 6 лет до условленной даты – 2030 года. Таким образом, отставание – очевидно.
Более 6 тыс связующих ландшафтов
Исследователи из Monash University (Австралия) изучили эффективность 6 234 Other Effective Area-based Conservation Measures в 14 странах мира - территорий вне ООПТ, которые используются так, чтобы обеспечивать устойчивое сохранение биоразнообразия в естественной окружающей среде. Например, это районы, традиционно охраняемые местными коренными народами или общинами; места, где сельское хозяйство ведется традиционными методами, поддерживающими среду обитания диких животных; территории с сезонными ограничениями на промыслы рыбы или диких животных; охраняемые участки водосборов рек и озер. Такие пространства играют разные роли: расширение, соединение, буферизация и агрегирование охраняемых территорий. В любом случае они повышают связность ООПТ, выступая в роли экологических коридоров между фрагментами дикой природы.
В Австралии, обладающей огромным разнообразием эндемичной флоры и фауны, а также ответственностью за ее сохранение для настоящих и будущих поколений, вопрос защиты природы в повестке занимает одно из ведущих мест. Исследователи из Monash University (Австралия) задались вопросом о том, какие еще меры, кроме создания особо охраняемых природных территорий (ООПТ), могут быть эффективными для достижения глобальной цели по сохранению биоразнообразия: защитить 30% территорий и акваторий планеты к 2030 году.
Наши темпы
Идея «30 к 30» была утверждена на конференции ООН по биоразнообразию в декабре 2022 года. Тогда стороны Конвенции о биологическом разнообразии приняли Куньминско-Монреальскую глобальную рамочную программу. Договорились обеспечить к 2030 году сохранение не менее 30% районов суши, внутренних вод, прибрежных и морских районов (особенно имеющих важное значение для биоразнообразия и экосистемных функций). Как? - За счет создания эффективно управляемых, репрезентативных, хорошо связанных систем охраняемых территорий и других природоохранных мер, признавая права коренных народов и местных общин.
В 2024 году Всемирный центр мониторинга охраны природы UNEP и Международный союз охраны природы выступили с докладом о достижениях в реализации Куньминско-Монреальской программы. Оказалось, в пределах ООПТ к этой дате находилось 17,6% суши и внутренних вод и 8,4% океана и прибрежных районов. Рост числа защищенных районов с 2020 г. составил всего 0,5 %.
Чтобы достичь поставленной цели «30 к 30» к охраняемым территориям должно быть отнесено 12,4% суши – а это площадь Бразилии плюс Австралии, и 21,6% моря – чуть больше площади Индийского океана.
Наибольшего прогресса удалось достичь в охране океана, особенно в национальных водах. А вот за их пределами под защитой всего 5%. Плюс к тому, ООПТ не всегда находятся в местах, которые больше всего нуждаются в сохранении. А из тех, что действительно важны для защиты биоразнообразия, охранный режим имеют лишь 20%. И примерно 30% важных территорий – за пределами охраняемого статуса.
К тому времени оставалось всего 6 лет до условленной даты – 2030 года. Таким образом, отставание – очевидно.
Более 6 тыс связующих ландшафтов
Исследователи из Monash University (Австралия) изучили эффективность 6 234 Other Effective Area-based Conservation Measures в 14 странах мира - территорий вне ООПТ, которые используются так, чтобы обеспечивать устойчивое сохранение биоразнообразия в естественной окружающей среде. Например, это районы, традиционно охраняемые местными коренными народами или общинами; места, где сельское хозяйство ведется традиционными методами, поддерживающими среду обитания диких животных; территории с сезонными ограничениями на промыслы рыбы или диких животных; охраняемые участки водосборов рек и озер. Такие пространства играют разные роли: расширение, соединение, буферизация и агрегирование охраняемых территорий. В любом случае они повышают связность ООПТ, выступая в роли экологических коридоров между фрагментами дикой природы.
фото: www.mdpi.com
Так, 27% из них примыкают к охраняемым территориям, что помогает расширять существующие заповедники, соединять изолированные друг от друга места обитания, защищать охраняемые территории от внешнего воздействия и объединять разрозненные природоохранные объекты в более крупные сети. А 67% таких территорий расположены поблизости от ООПТ, что открывает широкие возможности для консолидации природоохранных сетей.
Таким образом, утверждают исследователи, простого увеличения числа ООПТ для сохранения биоразнообразия мало. Странам необходимо укреплять свои природоохранные сети, выходя за пределы национальных парков и ООПТ, и заняться установлением связей между этими территориями, используя территории за пределами традиционных охраняемых заповедников.
Carly N. Cook из Monash University уверен: «Защита 30% планеты - важная цель, но сама по себе эта цифра не говорит о том, насколько эффективно мы защищаем биоразнообразие. Нам нужно смотреть не только на то, сколько суши и моря мы сохраняем, но и на то, как эти территории взаимодействуют друг с другом, поддерживая виды и экосистемы. Если мы хотим создать функционирующие природоохранные сети, где природа под защитой, важнее то, как эти территории связаны между собой, чем то, насколько масштабно мы это делаем».
Ученые выяснили, что изолированные охраняемые территории соединены коридорами лишь на 2%. Это говорит о том, что потенциал для стратегического планирования природоохранной деятельности не реализован. Исследование показало, что территории за пределами национальных парков и заповедников могут играть гораздо более важную роль в сохранении природы, чем простое увеличение площади охраняемых территорий, отмечает Carly N. Cook: «Они могут помочь расширить существующие охраняемые территории, заполнить пробелы между изолированными участками и создать более целостные природоохранные сети, охватывающие ландшафты и морские акватории».
Таким образом, утверждают исследователи, простого увеличения числа ООПТ для сохранения биоразнообразия мало. Странам необходимо укреплять свои природоохранные сети, выходя за пределы национальных парков и ООПТ, и заняться установлением связей между этими территориями, используя территории за пределами традиционных охраняемых заповедников.
Carly N. Cook из Monash University уверен: «Защита 30% планеты - важная цель, но сама по себе эта цифра не говорит о том, насколько эффективно мы защищаем биоразнообразие. Нам нужно смотреть не только на то, сколько суши и моря мы сохраняем, но и на то, как эти территории взаимодействуют друг с другом, поддерживая виды и экосистемы. Если мы хотим создать функционирующие природоохранные сети, где природа под защитой, важнее то, как эти территории связаны между собой, чем то, насколько масштабно мы это делаем».
Ученые выяснили, что изолированные охраняемые территории соединены коридорами лишь на 2%. Это говорит о том, что потенциал для стратегического планирования природоохранной деятельности не реализован. Исследование показало, что территории за пределами национальных парков и заповедников могут играть гораздо более важную роль в сохранении природы, чем простое увеличение площади охраняемых территорий, отмечает Carly N. Cook: «Они могут помочь расширить существующие охраняемые территории, заполнить пробелы между изолированными участками и создать более целостные природоохранные сети, охватывающие ландшафты и морские акватории».
Так, 1028 изолированных ООПТ можно объединить в 242 более крупных кластера, которые принесут больше пользы биоразнообразию.
«Риск заключается в том, что охрана природы превращается в игру с числами, где успех измеряется процентом территории планеты, которую мы защитили, а не тем, чего мы на самом деле добились, - отмечает ученый. - У нас есть возможность подойти к охране природы более разумно, опираясь на существующие охраняемые территории, укрепляя связи и признавая ценность тех мест, которые уже приносят пользу биоразнообразию, даже если они не являются официально охраняемыми территориями. Если мы всерьез намерены остановить утрату биоразнообразия, нам нужны природоохранные сети, которые функционируют как единое целое, а не просто как растущее скопление точек на карте».
«Риск заключается в том, что охрана природы превращается в игру с числами, где успех измеряется процентом территории планеты, которую мы защитили, а не тем, чего мы на самом деле добились, - отмечает ученый. - У нас есть возможность подойти к охране природы более разумно, опираясь на существующие охраняемые территории, укрепляя связи и признавая ценность тех мест, которые уже приносят пользу биоразнообразию, даже если они не являются официально охраняемыми территориями. Если мы всерьез намерены остановить утрату биоразнообразия, нам нужны природоохранные сети, которые функционируют как единое целое, а не просто как растущее скопление точек на карте».
