Загрязнение с непредсказуемыми последствиями. Как ликвидировать объекты накопленного вреда?

Объекты накопленного экологического вреда – свалки промышленных и коммунальных отходов; шламохранилища; пруды, куда ранее сбрасывали загрязненные воды; заброшенные районы, где ранее велась активная промышленная деятельность, но теперь она остановлена – представляют собой серьезную опасность для водных объектов и, следовательно, для человека. Над темой работают. Но не очень спешно.

Загрязнения от разнообразных свалок, полигонов твердых коммунальных отходов, заброшенных химических, нефтехимических, целлюлозно-бумажных заводов фильтруют атмосферные осадки. Насыщенные разнообразными химическими веществами воды стекают по поверхности в водоемы и водотоки, часть из них просачивается в почву, попадает в водоносные горизонты. В конце концов они попадают в реки, озера, водохранилища, пруды, болота. И резко ухудшают условия жизни экосистем водных объектов гидросферы. Человек так или иначе использует эту воду.

Такого рода загрязнения – их называют диффузными – не могут быть учтены традиционным способами, их сложно заблокировать или обезвредить, поскольку это не сток из трубы предприятия, где можно разместить очистное сооружение. Более того, таких объектов значительно больше, чем кажется, но классическая мониторинговая сеть их не охватывает. Более того, в законодательстве не прописаны правила борьбы с диффузными источниками загрязнения.

Тему влияния объектов накопленного экологического вреда на водоемы и водотоки обсудили Общественный совет при Росводресурсах и Общественный совет при Росприроднадзоре, пригласив к диалогу коллег по Общественным советам при Минприроды, Росгидромете, а также представителей Росприроднадзора и Аналитического центра Минприроды России.

Предваряя дискуссию, чл.-корр. РАН Виктор Данилов-Данильян, председатель Общественного совета при Росводресурсах, отметил, что на сегодняшний день нет фактически никого, кто занимался бы диффузным стоком, к тому же, нет данных о том, как этот процесс идёт. И нет законодательства, которое регулировало бы этот процесс. В качестве примера объекта накопленного вреда он привел Бурнаковскую низину, обширную территорию в Нижегородской области на берегу Волги в черте Нижнего Новгорода, где издавна были сосредоточены крупные промышленные предприятия, включая Сормовскую ТЭЦ, Сормовскую нефтебазу, завод 26 Бакинских комиссаров. Здесь же был расположен накопитель отходов нефтепереработки (пруд кислых гудронов объёмом около 10 тыс. тонн), а также городская станция снеготаяния. Несмотря на то, что нефтебаза прекратила работу в начале 2000-х, последствия деятельности человека остаются главной экологической проблемой Нижнего Новгорода и области в целом.

По словам Данилова-Данильяна, грунт впитал нефтепродукты, которые нельзя откачать, в течение времени они вымываются из почвы и попадают в Волгу.

Как быть в такой и аналогичных ситуациях? Эти вопросы обсуждали эксперты. Председатель Общественного совета при Росгидромете Вадим Петров отметил, что государственная система мониторинга не включает наблюдения за диффузным стоком. И поскольку организация сети – вопрос дорогостоящий, по его словам, требуется научный подход к разработке и обоснованию необходимости таких наблюдений. Он отметил, что существует ряд правовых проблем, включая отсутствие законодательства по диффузному стоку и неопределенность в теме разграничения собственности применительно к нему. Так, по нынешним законам, объекты накопленного вреда могут относиться к территориям и акваториям, но нигде не закреплено, что и недра, загрязненные ранее, могут стать источником диффузного загрязнения. Законодательство должно быть дополнено, резюмировал он.

Руководитель Центра по реализации ФП «Генеральная уборка» Аналитического центра Минприроды РФ Рауль Мишиев рассказал, на каком этапе находится работа по проекту ликвидации объектов накопленного загрязнения. Идет составление государственного реестра таких территорий. После того, как эта работа будет завершена, выберут приоритетные объекты, по каждому из них разработают проект и смету, после чего приступят к ликвидации. По словам Мишиева, скорее всего, в текущем году начнется отбор первоочередных объектов для проведения работ по очистке.

По регламенту ФП до конца 2030 года планируется ликвидировать не менее 50 опасных объектов накопленного вреда. Речь, в частности, о тех, что находятся на территориях промышленных площадок в г. Усолье-Сибирское Иркутской области, ОАО «Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат» (полигон "Бабхинский" и Цех очистных сооружений), полигоне промышленных отходов «Красный Бор»; также предусмотрены работы по возведению противофильтрационной завесы на шламонакопителе бывшего Комсомольского сернокислотного завода (г. Комсомольск-на-Амуре, Хабаровский край). А к концу 2027 года планируется ликвидировать всего два объекта, наносящих ущерб окружающей среде и людям.

По данным на 26 апреля 2024 года, в государственный реестр объектов накопленного вреда окружающей среде включён 921 объект.

Елена Колпакова из Общественного совета при Росводресурсах рассказала о критическом состоянии окружающей среды в восточной промзоне г. Дзержинска на берегу Оки (Нижегородская область). По ее словам, «это очаг загрязнения с непредсказуемыми последствиями для водоснабжения и здоровья населения»: здесь ранее было 40 химических заводов, осталось 7. Загрязнение по ряду химических веществ местами доходит до 600 ПДК, а закарстованность территории способствует просачиванию воды, насыщенной вредными примесями, в Оку. Колпакова предложила провести инвентаризацию объектов накопленного вреда и создать дорожную карту по ликвидации загрязнений Дзержинска.

Безусловно, такие вопросы как очистка экстремально загрязненных территорий – задача государства. Это не заброшенные места, везде здесь живут люди, которые, помимо решения ежедневных бытовых и социальных задач, испытывают постоянный прессинг со стороны окружающей среды, болеют и растят больных детей. Очевидно, что времени на «раскачку» нет.