источник: www.phys.org
Уровень воды в Каспии снижается. С середины 1990-х гг. он упал примерно на 2 метра, а площадь сократилась примерно на 23 858 км2, что сопоставимо с площадью Сардинии. Потери объема этого внутреннего моря составили 630 км3 за период 2000-2020 гг. Почему? Международная группа исследователей, включая ученых из ряда стран побережья, задалась этим вопросом, изучив спутниковые наблюдения, гидрологические данные, информацию по испарению и речному стоку.
источник: www.agupubs.onlinelibrary.wiley.com
Испарение за 1991-2020 гг. возросло на 1,06 км3/год, но эта величина не может стать причиной резкого падения уровня. Суммарное избыточное испарение объясняет 37–40 % потери объема Каспия.
Количество осадков в бассейне моря-озера практически не изменилось – в среднегодовом объеме это 359,1 мм/год.
А вот общий приток воды в Каспийское море из пяти основных рек (Волги, Сефид-руда, Урала, Куры, Терека) за 1991-2019 гг. снизился значительно: с 296,0 км3/ год до 254,1 км3/ год. Сокращение стока связывают с уменьшением стока Волги (с 263,3 км3/год до 231,4 км3/год), которая дает около 90% речного стока. Фактически, речной сток сократился на 41,9 км3/год, при этом на Волгу пришлось 31,9 км3/год этого снижения, несмотря на стабильное количество осадков в бассейне.
Уменьшение притока по Волге исследователи связывают не с гидроклиматическими причинами. Волга зарегулирована водохранилищами. По сути, она представляет цепочку водохранилищ, в той или иной степени регулирующей сток. По оценкам ученых, объем водохранилищ сократился примерно на 630 км3. Между естественным балансом и наблюдаемым изменением уровня воды в водохранилищах сохраняется постоянный остаток в среднем около 30 км3/год. Этот дефицит ученые интерпретируют как потребление воды в бассейне, хотя частично он может быть связан с погрешностями наблюдений.
Из научной литературы известно, что инженерные работы в бассейне Волги и ее притоков в интересах сельского хозяйства, судоходства, промышленности и гидроэнергетики кардинально изменили гидрологию бассейна. Они привели к фрагментации речной системы, сокращению притока пресной воды и нарушению естественного сезонного режима течения, особенно в северной части Каспийского моря. Однако данные об изъятии воды для орошения, в целях промышленности и коммунального водоснабжения в прибрежных странах недоступны – это затрудняет количественную оценку антропогенного воздействия.
Дополнительные потери Каспийского моря – переток воды в залив Кара-Богаз-Гол, где идет интенсивное испарение. Исследователи подводят итог: антропогенное воздействие на гидрологическую систему играет ключевую роль в обмелении Каспия.
Они оценили состояние экосистемы. Оказалось, в мелководной части моря на севере высока концентрация хлорофилла-а, что говорит об экологической нагрузке. Волга, Кура, Урал и Сефид-руд приносят воды с повышенным содержанием органики и тяжелых металлов. Это ведет к эвтрофикации и периодическому появлению небезопасных водорослей.
Количество осадков в бассейне моря-озера практически не изменилось – в среднегодовом объеме это 359,1 мм/год.
А вот общий приток воды в Каспийское море из пяти основных рек (Волги, Сефид-руда, Урала, Куры, Терека) за 1991-2019 гг. снизился значительно: с 296,0 км3/ год до 254,1 км3/ год. Сокращение стока связывают с уменьшением стока Волги (с 263,3 км3/год до 231,4 км3/год), которая дает около 90% речного стока. Фактически, речной сток сократился на 41,9 км3/год, при этом на Волгу пришлось 31,9 км3/год этого снижения, несмотря на стабильное количество осадков в бассейне.
Уменьшение притока по Волге исследователи связывают не с гидроклиматическими причинами. Волга зарегулирована водохранилищами. По сути, она представляет цепочку водохранилищ, в той или иной степени регулирующей сток. По оценкам ученых, объем водохранилищ сократился примерно на 630 км3. Между естественным балансом и наблюдаемым изменением уровня воды в водохранилищах сохраняется постоянный остаток в среднем около 30 км3/год. Этот дефицит ученые интерпретируют как потребление воды в бассейне, хотя частично он может быть связан с погрешностями наблюдений.
Из научной литературы известно, что инженерные работы в бассейне Волги и ее притоков в интересах сельского хозяйства, судоходства, промышленности и гидроэнергетики кардинально изменили гидрологию бассейна. Они привели к фрагментации речной системы, сокращению притока пресной воды и нарушению естественного сезонного режима течения, особенно в северной части Каспийского моря. Однако данные об изъятии воды для орошения, в целях промышленности и коммунального водоснабжения в прибрежных странах недоступны – это затрудняет количественную оценку антропогенного воздействия.
Дополнительные потери Каспийского моря – переток воды в залив Кара-Богаз-Гол, где идет интенсивное испарение. Исследователи подводят итог: антропогенное воздействие на гидрологическую систему играет ключевую роль в обмелении Каспия.
Они оценили состояние экосистемы. Оказалось, в мелководной части моря на севере высока концентрация хлорофилла-а, что говорит об экологической нагрузке. Волга, Кура, Урал и Сефид-руд приносят воды с повышенным содержанием органики и тяжелых металлов. Это ведет к эвтрофикации и периодическому появлению небезопасных водорослей.
источник: www.agupubs.onlinelibrary.wiley.com
Почему Северный Каспий важен? Северная часть моря – это всего лишь 1 % от общего объема, а по площади - около 29 %. Средняя глубина составляет 6 м. Это обеспечивает богатое разнообразие водных и прибрежных видов растений и животных.
Ученые отмечают, что сооружение новых трубопроводов, нефтеперерабатывающих заводов и буровых установок в постсоветскую эпоху: сначала в Азербайджане, а затем в Казахстане и Туркменистане, - резко увеличило добычу углеводородов. Рост экспорта каспийских углеводородов привел к увеличению потребления воды в регионе и повысил экологические риски, связанные с разливами нефти. А от этого плохо не только Северному Каспию, но и оставшейся части южного. Конвенция о правовом статусе Каспийского моря от 2018 года не спасает.
Чтобы предотвратить дальнейшее разрушение экосистемы, необходимы скоординированные международные действия и политика, направленные на замедление процесса обмеления. Речь идет об оптимизации использования водных ресурсов. Как иначе обеспечить жизнь моря и устойчивость экосистемы?
Потеря Каспия приведет не только к серьезным экологическим последствиям для пяти прибрежных стран (Иран, Россия, Туркменистан, Азербайджан и Казахстан), но также и к социально-экономическим, уверены исследователи.
Ученые отмечают, что сооружение новых трубопроводов, нефтеперерабатывающих заводов и буровых установок в постсоветскую эпоху: сначала в Азербайджане, а затем в Казахстане и Туркменистане, - резко увеличило добычу углеводородов. Рост экспорта каспийских углеводородов привел к увеличению потребления воды в регионе и повысил экологические риски, связанные с разливами нефти. А от этого плохо не только Северному Каспию, но и оставшейся части южного. Конвенция о правовом статусе Каспийского моря от 2018 года не спасает.
Чтобы предотвратить дальнейшее разрушение экосистемы, необходимы скоординированные международные действия и политика, направленные на замедление процесса обмеления. Речь идет об оптимизации использования водных ресурсов. Как иначе обеспечить жизнь моря и устойчивость экосистемы?
Потеря Каспия приведет не только к серьезным экологическим последствиям для пяти прибрежных стран (Иран, Россия, Туркменистан, Азербайджан и Казахстан), но также и к социально-экономическим, уверены исследователи.
