Плата за выбросы СО2 при импорте товаров в ЕС мотивирует страны-экспортеры к введению низкоуглеродных технологий. «Механизм трансграничного углеродного регулирования» (Carbon Border Adjustment Mechanism, CBAM) введен в ЕС в начале 2026 года для товаров, импортируемые из других стран вне союза. Он состоит в том, что экспортеры товаров, загрязняющих окружающую среду, в ЕС должны платить климатический тариф, если в их стране не действует собственная система ценообразования. Как это влияет на экспортеров?
Соответствующее исследование вопроса провели в Potsdam Institute for Climate Impact Research (PIK) (Германия),опираясь на данные о торговых потоках в 56 отраслях экономики и 43 странах. CBAM в отношении импорта действует ныне для стали, железа, алюминия, цемента, удобрений, электроэнергии и водорода. Ученые создали модель климатической политики ЕС (при цене 100 долл за 1 тонну СО2).
Расчеты показали, что введение углеродного налога в Европе приведет к сокращению внутренних выбросов в Европе на 505 млн тонн CO₂ в год. За пределами ЕС выбросы увеличатся. Поэтому в масштабе глобуса эмиссия сократятся всего на 305 млн тонн в год. А 40% усилий Европы оказываются напрасными.
Исследователи связывают это с тем, что неевропейские страны
получают выгоду от снижения цен на мировом рынке из-за отказа Европы от ископаемого топлива;
переориентируются на производство более энергоемких продуктов.
Однако после введения СВАМ этот эффект снижается до 15 %. Мировое сокращение выбросов составляет 399 млн тонн.
Оказалось, что новая политика ЕС побуждает партнеров также вводить плату за выбросы. Они выбирают между выплатой климатического сбора в бюджет ЕС и введением собственной платы за выбросы углерода - и присоединяются к «климатической коалиции». Так уже делают Канада, Япония, Тайвань и Южная Корея. Сборы за выбросы начинают вводить Турция и Бразилия.
Если в ответ на введение СВАМ торговые партнеры введут сборы за выбросы СО2 у себя, то глобальное сокращение эмиссии составит 691 млн тонн. Это на 73% больше, чем в ситуации, когда ЕС в одиночку выполнял бы требования климатической политики.
Timothé Beaufils из PIK поясняет: «Механизм трансграничного углеродного регулирования призван помочь промышленности ЕС перейти к безуглеродной экономике, сохранив при этом конкурентоспособность. Однако то, что происходит за пределами ЕС, не менее важно. «Европейский зеленый курс» действительно может способствовать усилению климатической политики в других странах».
Более того, расчеты показывают, что распространение трансграничного углеродного регулирования на другие отрасли может мотивировать большее число стран, включая США, к присоединению к климатической коалиции.
Исследователи отмечают, что Китай был бы готов участвовать, если бы цена на углеродные квоты была ниже 20 долларов за метрическую тонну, а не 100 долларов.
Leonie Wenz из PIK подчеркивает: «Трансграничный углеродный механизм ЕС может вызвать так называемый брюссельский эффект. Это означает, что из-за центрального положения ЕС в международных цепочках поставок политика, проводимая в Брюсселе, распространяется и на страны за пределами Евросоюза. Более активные действия по борьбе с изменением климата приводят к еще более активным действиям. Это может сыграть важную роль в смягчении последствий изменения климата, особенно если международные переговоры по этому вопросу зайдут в тупик».